Пожалуй, не найти больше в Киеве такого титулованного педагога: Иван Филиппович ЖЕРНОСЕК, отметивший в этом году 80-летний юбилей, — пятикратный отличник просвещения — Молдавии, Украины, Монголии, СССР и ГДР. Профессор, автор 30 монографий и пособий по проблемам управления образованием, изданных в Киеве, Москве, Берлине, Софии, Улан-Баторе.
Свою первую «пятерку» молодой педагог-управленец получил в 1958 г. за работу в детских домах Молдавии.
От «палочной дисциплины» до электростанции
Детдом Каларашского района, куда он приказом Министерства просвещения был назначен в 50-м году, располагался в аварийном, с протекающей крышей, двухэтажном здании, на входе висел плакат со словами «Спасибо товарищу Сталину за наше счастливое детство», а воспитанники жили, как в приюте для беспризорников, — не посещали школу, обменивали на спиртное постельные принадлежности, воспитателям, которые осмеливались перечить 15—16-летним главарям-переросткам, устраивались «темные» с последующим «исключением» из детдома, предшественник-директор не вылезал из запоев.
Пришлось 21-летнему Ивану Филипповичу штудировать Макаренко и направлять энергию трудных детей на наведение порядка. Председателем совета командиров был избран Султан, имевший за спиной срок в детской трудовой колонии. И хотя методы «палочной дисциплины» расходились с педагогическими идеалами директора, на первых порах он был вынужден соглашаться с ними. Результаты не заставили себя ждать — начали проводиться ежедневные линейки, дети строем ходили в школу, безобразия постепенно прекращались.
Возглавленный Жерносеком в 53-м детдом Резинского района отличался улучшенным комфортом — находился в центре села в семи компактно расположенных домах с подсобным хозяйством в 10 га — и за этот самый комфорт директор чуть было не поплатился жизнью.
Дело в том, что в свое время эти помещения «советы» отобрали у зажиточных крестьян, и те, конечно же, были преисполнены ненавистью к новым хозяевам. Будучи уже секретарем территориальной комсомольской организации, ночью после заседания сельсовета Жерносек возвращался домой. Услышал шорох за спиной, обернулся, включил фонарь, а перед ним муж детдомовского повара с занесенным над головой «куцаком» — немецким штыком. Но в последний момент мужчина опомнился, а наутро вместе с женой они умоляли комсомольского лидера никому не сообщать о ночном происшествии. Мол, бес попутал. Иван Филиппович не стал уничтожать человека.
В детдоме же ему удалось наладить работу на подсобных хозяйствах — ребята выращивали овощи, бахчевые и кукурузу, за счет доходов оборудовали спортивную площадку со штангами, трапецией и другими снарядами, приобрели форму и бутсы для футбольной команды. Выбил у «Молдснабпроса» автономную электростанцию, и первые лампочки в селе зажглись в детдомовских помещениях, школе, больнице и сельсовете.
От карьерного партийного взлета до анонимки
Молдавию пришлось покинуть в связи с тем, что первой дочери Ивана Филипповича надо было поступать в школу и родители хотели, чтобы она получала образование на родном языке, а не на молдавском.
Работал директором учебных заведений в Марганце и Феодосии, а в 1966-м пригласили на работу в Феодосийский горком партии заведовать идеологическим отделом. И хотя зарплата там была меньше директорской, а работа не такой захватывающей, в ней были свои прелести — например получение 3-комнатной квартиры по ул. Чкалова с видом на море. Партийно-номенклатурная карьера стремительно пошла в гору, в 1971 г. возглавил Крымский областной отдел народного образования, а через год занял должность заведующего школьным сектором в ЦК Компартии Украины, стал киевлянином.
За организацию эксперимента по аттестации учителей — до середины 70-х годов прошлого века в Украине не проводилось подобных проверок педагогов на соответствие занимаемой должности — получает звание отличника просвещения УССР, и с тех пор по сегодняшний день каждый учитель Украины раз в 5 лет обязан проходить аттестацию.
Заметим, что эта процедура помогает не только избавиться от неквалифицированных кадров, но и поощрить лучших педагогов — присвоить звания старший учитель и учитель-методист с повышением зарплат.
Однако работа в ЦК сопровождалась и подковерными интригами, одна из которых привела к тому, что Жерносеку пришлось оставить партийную службу и уехать от греха подальше.
Оказывается, партийные функционеры запада и востока Украины уже в то время недолюбливали друг друга, и тогдашнего секретаря по идеологии ЦК Компартии Украины львовянина Валентина Маланчука за глаза называли «махровым националистом». Он невзлюбил директора Института педагогики, который имел неосторожность подвергнуть взгляды Маланчука критике, и задание о проведении мероприятий по снятию директора с должности и исключению его из партии было поручено Ивану Жерносеку. Маланчук вручил ему анонимное письмо, поручив создать комиссию по проверке изложенных в нем сведений, а Иван Филиппович, который знал этого директора как порядочного человека, …взял отпуск и уехал на пару недель на море. В глубине души надеялся, что дело спустят на тормозах, однако не спустили. Директора исключили из партии, «поиздевались как могли», а не выполнивший поручение Жерносек с радостью принял предложение поработать консультантом министра образования Монголии.
От Чингисхана до монгольского министра
С супругой, работавшей врачом (две дочери к тому времени уже вышли замуж), Жерносек отправился в самую, пожалуй, бедную страну-союзницу СССР, которой по сути руководила «русская княжна» — жена генерального секретаря ЦК Монгольской народной рабочей партии Анастасия Ивановна Циденбал-Филатова.
Подобным образом министерством образования Монголии с 1976-го по 1979 г. руководил Жерносек, а номинальный монгольский министр Д. Ишцэрэн, а затем Р. Сажаасурен просто выполняли его предписания.
Иван Филиппович часто ловил себя на мысли, что со времен Чингисхана ничего в тех краях не изменилось. Как были монголы кочевниками, так и остались. Земледелие велось лишь на небольшой полосе, прилегавшей к советской территории. Практиковалось беспривязное содержание скота; умение держаться в седле, заповеди ламаизма ценились куда больше арифметики и филологии. Педагогических кадров не хватало.
«Для рыболовов Монголия — рай, — говорит Жерносек, — здесь рыбу никто не ест, в водоемах — изобилие. Там считается, что жизнь человека представляет собой бесконечный процесс перевоплощений. Умершего выносят под открытое небо, отпевают, прощаются, спустя несколько дней приходят, и если птицы съели мертвеца — значит, произошло его перевоплощение в человека, если нет, то был человеком недостойным и превратился в рыбу. Так что «рыбой-человечиной» пусть питаются дикари».
Перед педагогом вновь возникла масса новых задач — изучить историю Монголии, тенденции становления национальной системы образования, действующие законы и нормативные документы. Вскоре Иван Филиппович пишет и издает на монгольском языке пособие «Планирование работы учреждений народного образования», рекомендованное всем руководителям сферы просвещения.
Подготовил сотни инструкций — об экзаменах, о летнем отдыхе детей, организовал и провел первый массовый школьный праздник советской песни, приуроченный к 60-летию Великого Октября. В год, когда Жерносек прибыл в Улан-Батор, только в одной школе города ребята изучали русский язык, когда уезжал, изучение русского было налажено во всех школах четырех районов… Словом, пусть и получал «тугриков» в три раза меньше, чем директор советской школы, где учились дети граждан СССР, обустраивавших Монголию, третье «отлично» за преобразование системы образования заработал.
С чувством выполненного долга, шкурой монгольского медведя и рогами оленя вернулся в Киев, где возглавил Центральный институт усовершенствования учителей, которым руководил с 1979-го по 1992 г.
От стройной системы до разрушения средней школы?
Главной своей заслугой на этом поприще (оцененной министерствами образования СССР и ГДР, перенимавшей опыт) считает создание системы повышения квалификации и переподготовки педагогических кадров.
Если в конце 80-х гг. ежегодно на месячных курсах института занимались 5 тыс. руководителей, инспекторов, методистов и педагогов, то сегодня курсами охвачена примерно тысяча специалистов, и Иван Филиппович говорит, что если будет продолжаться такое управление, «школа просто рухнет».
Он обращался с письмом к министру образования и науки Ивану Вакарчуку с просьбой обратить внимание на процесс разрушения данной системы. Министр ответил, что его предложения будут рассмотрены, выразил благодарность, но конкретных действий по их реализации не последовало.
«Ежегодно мы готовили 600—700 специалистов резерва директоров школ, а в этом году планируется подготовить лишь 30 чел., что и на сотую долю не обеспечивает потребности общеобразовательных учебных учреждений, — возмущается профессор Жерносек. — После «оранжевой революции» заменили практически половину директоров школ. Кем? Неподготовленными кадрами, не имеющими ни теоретических знаний, ни практических навыков. Сегодня в структуре Министерства отсутствует не то что подразделение, а даже человек, отвечающий за деятельность учреждений последипломного образования. Царит полная анархия.
Речь об изучении передового педагогического опыта совершенно не ведется, в первые годы независимости пришедшим на мое место «руховцем» картотека института, где накапливался опыт украинских и российских педагогов, была попросту уничтожена. Дескать, опыт прошлого теперь никому не нужен».
Недоволен Иван Филиппович и внедрением тестовой системы, которая «сужает уровень образованности школьников, старшеклассники учат только те предметы, по которым им предстоит писать тесты», а также «засорением украинского языка, основанного на киево-полтавском диалекте, «галицкими акцептами».
Я попросил авторитетного специалиста, продолжающего исследовать процессы в школьном образовании, — он и сегодня работает в лаборатории управления Института педагогики АПН Украины — назвать фамилии лучших, по его мнению, действующих директоров киевских школ, и в этот список попали: Дьяченко Людмила Васильевна (школа № 27), Страшна Лидия Серафимовна (гимназия № 34), Козина Ирина Петровна (лицей № 38), Онаць Елена Николаевна (школа № 41), Борык Вера Николаевна (школа № 175), Сазоненко Анна Стефановна (Украинский гуманитарный лицей), Хайрулина Василина Николаевна (Украинский коллеж им. Сухомлинского).
— Иван Филиппович, где вы проводите выходные?
— Люблю посещать Театр русской драмы им. Леси Украинки, проводить время за чтением книг, а еще больше — в размышлениях и воспоминаниях с пером в руке.
