Наталья Митрюк (нижний ряд, четвертая справа) с трофеем чемпионата США и дипломом лучшего вратаря турнира
Деловые люди, приезжающие на переговоры в столичную медицинскую компанию «ЮниМед», даже не догадываются, что встречающая их бизнесвумен, безупречно владеющая искусством диалога, а также английским, сербским и итальянским языками, в прошлом — бронзовый призер Олимпиады-1988 и двукратная чемпионка мира по гандболу. Профессиональную спортсменку в Наталье Митрюк выдают разве что рост и подтянутая фигура.
— Я быстро адаптируюсь и всегда работаю в полную силу, наверное, поэтому у меня все получается, — рассказывает заслуженный мастер спорта. — Сейчас занимаюсь логистикой, переводами и веду переговоры. Мне это очень нравится.
Через секцию — к звездам
— Возможно, в работе помогают спортивная закалка и философия победителя.
— Лишь отчасти. Спорт был только одной, правда, очень важной частью моей жизни. В другой я училась, работала, растила дочь Татьяну. Ей сейчас 18, она студентка, будущий дизайнер. Моя гордость.
— Вы долгое время выступали за киевский «Спартак». И остались верны столице, хотя родом не отсюда?
— Я из Хуста Закарпатской области. Там и начала заниматься гандболом. В секцию меня отправили по совету дяди Николая Кутея, ныне заслуженного тренера по вольной борьбе. Семейный консилиум, на котором родственники обсуждали мое слабое здоровье, постановил: ребенку нужен спорт. Но выбор в нашем городе был невелик, да и возраст для дебютантки был весьма солидным — мне исполнилось 14 лет.
Выбор пал на ручной мяч. Тогда в Хусте работали братья Степан и Мирон Петенко. Пришла я на площадку, осмотрелась и выбрала позицию — в воротах. И не потому, что бегать не хотелось, хотя и не без этого. Наверное, судьба. Как потом оказалось, быть вратарем мне очень нравится.
Уже через три года я выступала за «Колос» из Берегово, а в девятом классе приехала в киевский спортинтернат. Правда, пробыла там только год — родители, заметив отставание в учебе, увезли меня домой. После школы подала документы в Одесский мединститут. Но не поступила.
Год до следующих экзаменов решила скоротать в команде мастеров «Колос», тем более что туда меня пригласил именитый тренер Иосиф Зупко. Клуб выступал в чемпионате СССР, соответствующей была и подготовка. Большие нагрузки, к которым я, как сейчас понимаю, не была готова физически, стали причиной первых травм. Но кто о них думал? Выкладывались на тренировках, играли как заведенные, и, естественно, росли в мастерстве.
— Вы не поехали в Одессу, а опять попали в Киев. Как это было?
— Знаковым для меня стал матч со «Спартаком» в 1977-м. Тогда команда Игоря Турчина не знала равных и если побеждала с разницей меньше 20 мячей, тренер был очень недоволен. И вдруг на очередном туре чемпионата Союза «Колос» дал гостям такой бой, что до последней минуты счет был 15:15. Турчин кричал, ругал подопечных, и они наконец забили нам гол и выиграли. Вот тогда-то Игорь Евдокимович и обратил на меня внимание: я отразила все броски! Меня пригласили в Киев, в «Спартак». Думала я недолго: к тому времени уже твердо решила поступать в университет им. Шевченко на факультет журналистики.
— Необычный выбор для профессионального спортсмена. Ведь сборы, соревнования и тренировки почти не оставляют времени на учебу…
— Мне тогда казалось, что учеба и «Спартак» совместимы. В принципе так и было. Школу я окончила с одной четверкой, поступила в университет. Не скажу, что было легко. Я серьезно готовилась, сдавала экзамены, как и другие студенты, но при этом участвовала в соревнованиях.
Карьеру в «Спартаке» начала с первой команды, но третьим вратарем, в «основе» в воротах тогда блистала Наталья Тимошкина. Она была звездой: талантливая, артистичная! Я восхищалась каждым ее движением и старалась работать еще лучше. Хотелось доказать тренеру, что я достойна «Спартака».
Преподаватели в университете относились ко мне с пониманием и даже любовью. Я не приходила неподготовленной, старалась успеть все. Помогал мой первый муж — регбист киевского «Авиатора» Владимир Карпенко. Он читал за меня художественную литературу и пересказывал мне так подробно, что я, не открывая книги, знала все до мельчайших деталей. Но академотпуск взять все же пришлось, причем дважды. Причиной стало участие в чемпионате мира в составе сборной СССР.
Сеул, «бронза» и Белград
— В сборную вы попали из «Спартака», где за короткий срок стали номером один?
— Конечно. Ведь Игорь Турчин брал спортсменок в «Спартак» с прицелом на национальную команду. У меня было много побед, жаль, что в составе сборной не довелось завоевать олимпийское «золото». В 1980 г. по ряду причин участвовать в Играх не смогла, в 1984-м советско-американское противостояние закрыло дорогу в Лос-Анджелес. А в 1988-м я перенесла операцию на ноге, восстановилась к сеульским баталиям, но наша команда оказалась третьей.
— И вы задумались об окончании карьеры?
— Я родила дочь Таню, получила в Институте физкультуры еще два диплома по реабилитации и занялась журналистикой — время от времени писала в «Спортивную газету». В гандбол вернулась достаточно быстро. Но из «Спартака» ушла. Подписала контракт с командой «Раднички» из Белграда. И хотя Югославия в те годы была в состоянии эмбарго, на ее территории велись военные действия, воспоминания о стране — самые теплые. Она очень спортивная. Любой матч, даже самый незначительный, собирал аншлаг. А в Украине даже болельщики звездного «Спартака» приходили только на крупные соревнования.
Спустя два года я перешла в клуб «Савский венец». Мне даже предлагали взять югославское гражданство и выступать за сборную этой страны. Но я отказалась: принять предложение — значило автоматически лишиться украинского подданства. А променять Украину на Югославию — это уж слишком. В клубе все было отлично, но когда умер спонсор и основатель, передать его детище оказалось некому. Я решила вернуться домой с четкой установкой уйти из большого спорта.
— И все же сыграли за «Спартак» еще раз…
— Было дело. Вернувшись домой, взялась за английский язык, хотела устроиться на работу, но позвонила Зинаида Турчина. В то время в клубе был громкий скандал, многие ведущие игроки покинули «Спартак», нужно было исправлять положение. Я согласилась, хотя и побаивалась. Без постоянных тренировок не чувствовала себя готовой на все сто, но через пару матчей втянулась… И вскоре получила заманчивое предложение — контракт от итальянского клуба «Мессина». Солнце, море, гандбол — что еще нужно для счастья?
На Сицилии были все условия для тренировок и игр. Вот и задержалась в Италии на три года. Дочка привыкла к языку и школе, я тоже вполне прилично заговорила на итальянском. Могла остаться там играть, работать тренером, но хотелось домой.
Чемпионка в выходной
— Дома вас ждала работа?
— Ждала. Но не дома. Вернувшись в Украину, решила поехать в США — давно мечтала побывать за океаном. Подзадорило и то, что в 90-е мне отказали в американской визе. В 2003-м я оказалась в Чикаго.
Сначала неохотно приняла новую страну. Так и хотелось вслед за сатириком Задорновым воскликнуть: «Ну и тупые!» Однако прошло не более года, и я поняла, что Америка — это одна из величайших держав всех времен на планете. И все в ней устроено так, как должно быть.
Вот тогда-то и пошла в гору моя журналистская карьера. Сначала я устроилась инструктором в фитнес-зал, потом — в самую крупную русскоязычную газету Чикаго «Новый свет», главным редактором которой был известный в прошлом журналист из Латвии Александр Этман. Начинала как спортивный корреспондент, но со временем освоила все сферы деятельности: писала на разные темы, работала менеджером и выпускающим редактором. 52-страничная газета выходила шесть раз в неделю, работы было невпроворот.
Привыкнуть к такому ритму трудно, но со временем втянулась и опять пошла учиться. Окончила курсы по продаже недвижимости, получила лицензию брокера. Параллельно работала менеджером в фитнес-клубе, следила за домом.
— С гандболом пришлось попрощаться?
— Нет, напоследок стала чемпионкой США. В один прекрасный день меня вызвал главный редактор и сообщил: «Звонил Феликс Мурох, просит тебя поиграть». Я опешила. Оказалось, что известный гандбольный тренер из Белоруссии Мурох собрал вокруг себя всех экс-игроков, кого нашел в Штатах, и создал клуб «Чикаго-Интер». Я долго сопротивлялась — не хотелось возвращаться на площадку, тем более имея ребенка на руках и три работы. Да и приятели подшучивали: мол, куда тебе играть, из тебя песок уже сыплется! Ну, думаю, проверю. Поехала на тренировку с дочкой. Говорю ей: смотри за мной внимательно — сыплется песок или нет? Таня была тогда уже взрослой девочкой и хорошо помнила, как мама играет в полную силу.
«Можешь ехать на чемпионат США», — сказала дочь. Я послушалась совета и после нескольких тренировок, в один из своих выходных на основной работе, вышла на площадку в финале, получила медаль и стала лучшим вратарем чемпионата. Наверное, мастерство вратаря можно сравнить с умением водить машину — если знаешь как, никогда не разучишься. Единственная проблема — возраст. С каждым годом быть на пике формы все труднее. Сейчас не участвую даже в матчах ветеранов.
— Два года назад вы вернулись в Киев. Почему? Ведь в Украине уже творились непонятные вещи — и в политике, и в экономике.
— Меня позвали домой родные — мама и сестра. Для дочки это стало шоком: она уже привыкла к школе, выучила язык. А я переезды переношу легко, собраться и отбыть на новое место — не проблема. Я много путешествовала. И сейчас мой дом — Киев. Люблю этот город, хотя мне и не нравится, что тут происходит. За четыре с половиной года моего отсутствия страна откатилась далеко назад. Мне жаль людей, которые не знают, как и что делать. Но ведь если сверху все построено неправильно, снизу ничего хорошего не жди.
Люблю гулять в центре города, но в последнее время делаю это все реже, пытаюсь спрятаться от негатива дома. Нравится проводить выходные с дочерью, сестрой, племянниками и, конечно, подругами — Викой Хачатрян, Светой Морозовой, Валей Иванько, Ниной Гецко. Они у меня из спортивного прошлого. И мы до сих пор остаемся одной душевной командой.
